14.03.2019, Москва, Валентин Филиппов
 
interview, ЕС, Крым, Одесса, Оппозиция, Политика, Политические репрессии, Права человека, Пропаганда, Русская Весна, Украина
Просмотров:

Евросоюз – это Четвёртый Рейх. Но на немецких картах Крым российский

Олег Музыка – одесский депутат и глава районной организации партии «Родина», выживший в бойне 2 мая 2014 года, освобождённый одесситами из СИЗО, пятый год ездит по Европейскому Союзу, рассказывая европейцам правду о произошедшем на Украине. За это время проведено сотни мероприятий, презентовано множество книг и фильмов об Одесской трагедии, организованы десятки пикетов официальных визитов представителей киевского режима в Европу.

О том, что ЕС – это Четвёртый Рейх, что расширение на Восток сопровождается выкачкой ресурсов из новых территорий и о том, что  украинские реформы направлены на разрушение экономики и порабощение населения, Олег Музыка рассказал в своём интервью обозревателю ПолитНавигатора Валентину Филиппову.

Подпишитесь на новости «ПолитНавигатор» в Мир Тесен, Яндекс.Дзен, Telegram, FacebookОдноклассниках, Вконтакте, канал YouTube и Яндекс.Новости

Валентин Филиппов: Представитель Одесской Народной Республики в Германии и Евросоюзе Олег Музыка. Здравствуйте.                       

Олег Музыка: Здравствуйте.

Валентин Филиппов: Как одессит одесситу задаю вопрос. Представьте себе, стоим мы на Морвокзале. В море тонет Порошенко с Тимошенко. Кому из них на помощь мы бросим Зеленского, если к его ноге привязана рельса?                       

Олег Музыка: А можно, чтоб они оба ухватились за него?

Хорошее начало вопроса. Я, когда слышу об Одессе и Морвокзале, у меня сразу же тоска.  И мужская слеза иногда. Но говоря о том, что и кому одесситы должны бросать, я всегда говорю, что я не признал ту власть, которая пришла вооружённым путём. Но так сложились обстоятельства, что им удалось уже на протяжении пяти лет удерживаться у власти и дурманить умы наших сограждан.

Ну, наш народ позволяет это. Мы сами не подготовились к тому, что произошло. Мы сами не имели идеологии, которая развалилась после 1991 года. Украинский национализм увидел эту пустую нишу и начал накачивать мышцы. А мышцы, это молодёжь, которая в итоге свергла власть и привела очередных фашистов. По-другому невозможно сказать. Потому, что журналистов убивают, журналистов преследуют. Это и есть уже фашизм.

Валентин Филиппов: Нет, ну если бы только журналистов. Может быть и ладно. Журналистов не жалко особо.                         

Олег Музыка: Я так сказал в твоём эфире, как я говорю европейцам. Им это более понятно. Когда просто кого-то избили-убили, они так посожалеют.  А вот журналисты, это уже для них серьёзно. Это у меня издержки европейского пребывания. Пять лет.

А что одесситам говорить? Единого такого кандидата оппозиционного, вроде, и нет, за кого голосовать.

Валентин Филиппов: Нету.                       

Олег Музыка: Мураев с Вилкулом там попытались объединиться, Бойко своё одеяло тянет, всё, как обычно у нас.

Валентин Филиппов:  Но они же всё равно кричат «слава Украине». И «героям слава» отзываются. Так какая нам разница, объединились они или нет?                      

Олег Музыка:  Ты прав. Когда я вижу на моей странице кто-то начинает «я за того голосую», у меня всегда жёсткая оценка, я говорю: – Где этот человек был  с февраля по май месяц 2014 года?

Меня начинают останавливать, говорят, ты не прав, так нельзя.

Может быть, не прав. Может быть. Но я точно знаю, что одесские политики и бизнесмены, они в воздухе переобулись. И стояли со стороны смотрели, как убивают одесситов.

Валентин Филиппов: Дозвониться никому было нельзя. Они даже исчезать начали раньше. Они с января начали исчезать. Никого нельзя было найти. Не понятно, что в городе происходит. Не понятно, чем всё это кончится. Не понятно, что происходит в Киеве. А наши все депутаты, политики, чиновники попрятались. Этот заболел, этот улетел, телефоны молчат.                         

Олег Музыка: Мне тоже задают вопросы, кто у вас на Куликово поле вышел? Я говорю: – Вышли обычные активисты одесситы и к ним присоединились граждане Одессы неравнодушные. Всё. Да, у нас выходило и десять, и пятнадцать, и двадцать, и двадцать пять тысяч. И я тогда когда-то сказал, что если я в день «Ч», не дай Бог, случится он, увижу хоть тысячу на этом Куликовом поле,  я буду очень рад. Но, увидел меньше. И я особо не осуждаю, мы, как политики, ничего не сделали для того, что бы люди были готовы к такому отражению. Плюс, человеческий страх. Да и жить хочется. Одно дело идти маршем, а другое дело жизнь отдать.

И, возвращаясь к теме, кого бросать будем, а кого вытягивать, я смотрю на нашу эмигрантскую оппозицию, и, как ни горько сознавать, мы не нашли возможности объединиться, каждый сам по себе работает. Я всё время обращаюсь и пишу, что было бы здорово, если бы эмигрантские круги  нашли возможность объединиться.  История об этом говорит, что должен быть единый лидер. Но так и не получилось.

Валентин Филиппов: Ну, тут объяснение очень простое. Я думаю, что всем этим «элитариям», которые сбежали с Украины, им эта Украина не нужна. Для них проживание в Москве на роли средненького олигарха, оно более приятно, чем руководство такой страной, как Украина.

Но в этой связи, хрен с ней, с Украиной. Я-то переживаю за Одессу. Поэтому, что касается одесситов, мы могли бы и объединиться.                         

Олег Музыка:  Да. Поэтому 24 ноября 2018 года мы привезли из Германии книгу «Одесса 2 мая. Четыре года спустя». Я не так стремился показать эту книгу, я надеялся, что будет возможность увидеться как раз с теми эмигрантами одесситами, которых в Москве много. И я разослал официальные письма нашей общественной организации «Глобальные права мирных людей», так мы в Европе зарегистрированы, разослал всем, кто бывает на ток-шоу, на российских телеканалах. И мне было горько осознавать то, что на эту встречу пришли только обычные одесситы, пришли те, кто был свободен от окопной работы, пришли самые простые одесситы, я был им очень рад, благодарен, мы много о чём поговорили, но…

Валентин Филиппов: Может это и хорошо? От таких «элит», от таких «лидеров», видимо, нам пора избавляться. Потому, что мы привыкли «О! Вот известный одессит! Он сейчас придёт!» Но, может быть, не надо? Пусть уступит место простым одесситам, которых в Москве тоже много. И которые придут.                         

Олег Музыка: Тогда смотри, тут вопрос интересный, в России тоже есть власть, есть президент, есть элиты, которые смотрят на то, как мы умеем объединяться. Поэтому когда звучит от наших людей  фраза: «Почему Россия нам не поможет?», у меня комок в горле и злость. Что мы сделали для того, что б на нас обратили внимание?

Валентин Филиппов: Было бы кому помочь, да?                       

Олег Музыка: Да. Было бы кому помочь. В общем, кандидата нет. Мы ничего не придумали, мы никого не выдвинули.

А можно сказать, кого я вижу?

Валентин Филиппов:  Можно.                      

Олег Музыка: Мне нравится, вокруг кого можно объединиться, это Азаров. Николай Янович Азаров. Но он не болеет звёздной болезнью. Он хороший   премьер-министр. Работяга. У него нет амбиций президента. Сколько смотрю, читаю, не хватило у него…. А, может, он не увидел команды вокруг себя.

Валентин Филиппов: Может быть. Но на ближайших выборах в фашистской Украине Азарова нет. Что делать одесситам на ближайших выборах? Вариантов сейчас, на самом деле, три, и все они один и тот же. Зеленский, Тимошенко, Порошенко. Или игнорировать выборы вообще?                        

Олег Музыка:  Я участвовал в выборах в 2010 году и в 2012 году. Я видел, как это происходит. С одной стороны, если мы не признаём эту власть, выборы нужно проигнорировать и не пойти. Но тогда остаётся слишком много свободных бюллетеней….

Валентин Филиппов: Так их и так 60 000 000 напечатали.                       

Олег Музыка: Да, там есть лишние, я понимаю. Призывать людей не идти, потому что если идти, получается, что мы легализовали эту власть.

Я здесь в Германии встречался с членом политсовета компартии Украины. Он меня увидел, они же меня ассоциируют тоже, как антифашиста, типа, горел, все стараются подбежать, обнять, сфотографироваться. И он такой – а вот мы с Симоненко на президента! А я такой ему –  знаете, что вы делаете? Я тут перемещаюсь по Европе и рассказываю, что в Украине фашизм. Я рассказываю о преступлениях, которые творятся в Украине. А вы своего кандидата-коммуниста выставляете, зная, что он не проходит. И всю мою работу сливаете, потому, что в Европе потом скажут – какой фашизм, если коммунисты принимали участие в выборах?

Но ему не дали возможности. Конечно, власть маху дала. Если бы дали ему возможность, то себя бы белыми и пушистыми показали.

И сразу от меня этот товарищ-коммунист отошёл, не почувствовал с моей стороны поддержки.

Поэтому, конечно, все кто принимает, как те оппозиционные кандидаты, которые всё равно кричат «слава Украине», когда их просят…

Валентин Филиппов: И когда не просят.                       

Олег Музыка:  И когда не просят. И бизнес функционирует у них. И дети живут.

Валентин Филиппов: Хорошо, Олег, ты постоянно в Европе. Как-то изменилось отношение европейцев за эти пять лет? Мы помним, как восторженное просто отношение было: «о! на Украине демократия!». Сейчас как-то начали европейцы прозревать, что немножко не то у них получилось с Украиной? Или же они отодвинули это всё на второй план и про всё забыли?                       

Олег Музыка: Вот смотри, есть конкретно люди, которые стремились к тому, что бы оторвать Украину от России. Вот в Германии политики такие есть. Как ни странно, это Партия Зелёных.

Я вот в европарламенте встречался с такой – Ребекка Хармс, я с ней встречался три раза. Задавал ей прямые вопросы. А в Берлине я часто встречаюсь с Марией Луиза Бет. Это Партия Зелёных.

Фонд Биоле. Фонд Кондрада Аденауэра.  Фонд Буша. И они не скрывая все мероприятия проводят, так и пишется «при поддержке МИД Германии и Фонда такого-то». И я стараюсь на все эти мероприятия приходить.

Так вот. Меняется или не меняется.

Первый звоночек о том, что от событий на Украине устали, для меня прозвучал 10 апреля 2018 года.   Это День освобождения Одессы. В этот день Порошенко был в Берлине. В Германии. И мы всегда готовим ему встречу. Узнаём мы обычно поздно. За часы или сутки. Так вот, мы подали документы на пикет. Буквально ночью. Главное, чтобы полиция успела отреагировать. И мы уже научены горьким опытом, что если мы начинаем устраивать пикет, то нас стараются запихнуть от канцелярии канцлера Германии за сотни метров, чтоб мы не маячили со своими флагами-плакатами.

Поэтому, в этот день, 10 апреля 2018 года, мы подали заявочку на 11-00, но, зная о том, что он должен в 12-00 проезжать, мы не разворачиваем плакатов и флагов, тупо сидим на скамейках и тянем время. И тут поступает звонок с полиции, что «а где вы?», «почему не наблюдаем вас?», да. (Здесь же как, если вы сделали заявку, и у вас что-то не получилось, вы должны предупредить, что бы полиция отменила своё дежурство рядом).

Я говорю: – Мы здесь. Они: – Ну, поднимите хотя бы один флаг, чтобы мы вас увидели. Ну, мы подняли флаг Новороссии.  Тут же подходят к нам полицейские, и говорят: – А где вы хотите стоять?

Я говорю: – Нам бы неплохо было прямо тут на перекрёстке, где проезжает кортеж, на углу канцелярии.

Он говорит: – Вот смотрите, становитесь на бордюрчики, плакаты разворачиваете, музыка будет?

Мы говорим: – Будет.

Говорит: – Музыку вдоль канцелярии. Потом он мимо вас проедет, вы разворачиваетесь,  и заезжая на площадку канцелярии, он вас снова увидит.

И у меня вдруг, «тудун», такие глаза. Думаю: «Не понял».

И ровно в 12 часов ударили колокола, церковь не далеко, я включил прямой эфир, и он проезжает мимо нас, делает круг, мы разворачиваемся, грохочет музыка, он заезжает на территорию канцелярии, в 12-30, смотрю, он выезжает. Встреча длилась с проездом, с выходом с машины, с рукопожатием, с плодотворной беседой и выездом – 30 минут.

И вдруг смотрю вечером новости украинские, и там звучит: «плодотворная встреча с канцлером Германии длилась полтора часа». У меня и челюсть отвисла.

Вот тогда для меня первый звонок был.

Очередной звонок буквально недавно, мы все знаем, что в Мюнхене проходила конференция, мы там пикетировали тоже, ходили маршем, антивоенным маршем по Мюнхену. И Порошенко как всегда запланировал какую-то провокацию. Он пытался Францию и Германию втянуть в этот Керченский конфликт. Создать флотилию. Два баркаса украинских, плюс фрегаты. И западные политики, и Ангела Меркель, и Макрон отказались поддерживать эту провокацию. И это серьёзный такой второй звонок.

И до этого перед Новым Годом проводились мероприятия той же партией Зелёных при поддержке МИД Германии, и основной вопрос немецких политиков к украинским журналистам, участникам и активистам, которых они приглашают, они задавали вопрос, как украинское общество реагирует на Юлию Тимошенко. Для меня это звучало так, что немецкие политики видят Юлию Тимошенко, всё-таки. Потому, что от Зеленского они не понимают, чего ждать.

Украинская журналистка, прикомандированная здесь, сказала: От Порошенко мы хотя бы знаем, что ждать, и как им управлять.

А я на Ньюс-Фронт написал статью, сказал, что она рекомендовала выбирать Порошенко.

И она вдруг мне пишет на почту, что вы уберите слово «рекомендовала», я не рекомендовала за него голосовать. Я исправил. Я сказал, что она сказала «от него понятно, что ждать».

Валентин Филиппов:  И знаем, как управлять…..  Слушайте, Олег. А я вот думаю, кому, вообще, выгодно то, что на Украине происходит? Ты же вот в Германии находишься. Быстрее строится «Северный поток», Германия получает из России газ напрямую, в том числе и в связи с украинским кризисом. Да? И Берлин становится, как бы, начальником ЖЭКа всеевропейского. Может, это была такая задумка изначально?

Олег Музыка: Я нахожусь в Германии пятый год. Я не турист уже. Я смотрю на жизнь уже с другой точки. И как политик я стараюсь увидеть что-то хорошее, но вижу и плохое.

Обстановка заключается в следующем. Выгодно – не выгодно, понимают или не понимают немецкие политики, что произошло с Украиной и нужно ли это. Так вот, я проехал за это время и страны востока, соседей Украины нашей. Я Болгарию посетил, Словакию, Сербию, Словению, Польшу, Чехию. В Прибалтике не был, но у меня есть друзья, которые оттуда.

Так вот, я скажу, что Европейский Союз- это Четвёртый Рейх. Был Третий, а это Четвёртый. Только он экономический. То есть, разрушение экономик и порабощение жителей Европы произошло за счёт денег.   Войны, оказалось, не нужно.

Если здесь на Александр-плац под мостом сидят бомжи, много их сидит, они сбиваются в стаи, с ними со всеми можно говорить на русском языке. Они все выходцы с бывших соцстран Европы и Прибалтики. Я когда подхожу, они просят денег на немецком языке, а я всегда говорю: «Ну, как евроинтеграция?  Как вы здесь устроились?». Болгары там, сербы, прибалты. А они: – «А чего ты с нами по-русски разговариваешь?». А я говорю: «- А на каком? Вы же все учили когда-то русский».  Они сразу всё признают и говорят: – «Нас обманули».

Экономики нет. Я проехал. Я знаю, о чём я говорю. А немцы заявляют, что у них самая сильная экономика в Европе. Да. Я с этим согласен. Она функционирует, она работает. Да, Германия может себе позволить содержать миллионы беженцев.

И я с уверенностью могу сказать, что нас не звали в Европейский Союз.  Мы стали такой прокладкой, что бы через нас разваливать Россию. Мы поддались на это. С подачи и при поддержке украинского национализма. Тупого национализма, который сработал не на созидание и построение государства, а который сработал на разрушение. Поэтому все экономические преобразования Украины, которые нам обещали, это всё на разрушение.

Я вот связывался с друзьями летом, спрашивал, сколько стоит наш огурец полевой. На немецкие деньги оптовая цена 14 центов килограмм. А в Берлине он стоит от трёх до пяти евро за килограмм.

Когда квоты на мёд заканчиваются через две недели, то о какой справедливости экономической может идти речь?

Вот встречаю соотечественников наших. «Особлыво цэ выхидци Заподнои частыны Украины, яки размовляют…».

Валентин Филиппов: Захиднои                       

Олег Музыка:  Да, с Захиднои, да, извини)

Валентин Филиппов: Пробачь)                       

Олег Музыка: Ну, я вчив украинську мову, но я давно уже, в 1986 году закончил украинскую школу.  Так вот, они все тут разговаривают на украинской мове. И когда они начинают что-то кричать, там «Героям…..», а я говорю: «Сала! Сала вам и горшков. Вы же приехали горшки здесь мыть». Здесь не дают никому квалифицированную работу. Ты не будешь здесь прорабом, мастером, хирургом. Тебе для этого надо всё заново учить и сдавать. Первую должность всё равно отдадут, и это понятно, это правильно, отдадут немцу. Потом отдадут поляку, потом чеху, и только потом румыну отдадут, молдаванину, и потом, может быть, ты в очереди следующим станешь, украинец.  И люди этого не понимают. И это так страшно.

Поэтому, разрушение Украины – это запланированный продуманный шаг, и вот 31 марта у нас будут выборы, и 31 марта здесь в Берлине снова Фондом Кондрада Аденауэра при поддержке МИД Германии, при поддержке партии Зелёных, будет мероприятие. «Выборы в Украине. Что они сулят». Что они дадут обществу в целом. И это такое лицемерие высшей пробы, потому, что я знаю тех, кто там будет организаторами. Я обычно регистрируюсь на их мероприятия. Стараюсь туда попасть и задать вопросы.

Вот последние события в Европе, «жёлтые жилеты», Франция.  Я был перед Новым годом и задал вопрос: – Почему европейские политики стараются обходить эту тему? В чём разница между событиями в Париже и в Киеве?

Ответ был следующим: – Вы не путайте мирные протесты в Киеве на майдане с этим безумием разрушительным в Париже.

Оказывается, мы смотрели разные программы. Но самое интересное, мне отвечали те политики, которые лично были в Киеве на майдане. Они говорят: – Мы были в Киеве, мы видели эти протесты.

И есть даже те среди них, которые были 2 мая 2014 года в Одессе. И тычет в меня пальцами и говорит одна: – Панэ Музыка, я бачыла як вы убивалы украинских патриотив.

Вот так вот.

Поэтому обязательно постараюсь быть на этом мероприятии. Плюс, мы планируем сделать экзит-пол возле посольства Украины в Берлине.  Да, он не будет звучать, как от какого-нибудь европейского института, как любят называть. Но мы попытаемся это сделать. Говорят, что это не запрещено, опрашивать у выхода. Мы сделаем бланки.

Дело в том, что немецкие политики и журналисты, которые планируют поехать наблюдателями на выборы, мы делали предложение такое, поедьте, посмотрите со стороны, ответы были: – А вы нам гарантируете безопасность?

Валентин Филиппов:  Чтобы подвести черту, я смотрю, у тебя за спиной карта,  и там Крым российский. Где напечатана эта карта?                    

Олег Музыка: В Германии. Россия тут зелёная, Крым тёмно-зелёный. Но граница сделана пунктиром. И тут Львов – Лемберг.

Валентин Филиппов: А граница между Крымом и Украиной есть?                       

Олег Музыка: Вот я же и говорю. Есть граница пунктиром. Вот. Странно. Ты меня спросил, я только сейчас сам обратил внимание. До этого я не обращал внимания.

Валентин Филиппов: Вот мы и ответили на вопрос отношения Германии к происходящему на Украине. Ладно, хорошо, огромное спасибо. Мы выплывем в очередной раз. Главное, чтобы рельс хватило.                       

Олег Музыка:  И я по возможности передаю всем привет. Одесситам, крымчанам. Всем солнечного мирного неба. И до скорой встречи.

Валентин Филиппов: В следующем году в Одессе.                       

Олег Музыка:  Может ещё в этом.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Метки: , , , ,








За мат, оскорбления, Администрация Сайта вправе удалять сообщения и блокировать аккаунты без предварительного уведомления. Спасибо за понимание!

По вопросам разбана обращаться на [email protected]



Все новости за сегодня
  • Июль 2019
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    «    
    1234567
    891011121314
    15161718192021
    22232425262728
    293031  
  • Спасибо!

    Теперь редакторы в курсе.